Завтра уже прошлое

Завтра уже прошлое

Сын, он же внук, старателен, энтузиаст. Школа к выпуску готова, голова забита чем заняться дальше и как избежать военно-лопатных кандалов. И разгорелся семейный спор:

– Сынок, твоя любовь к программированию – это отлично! Но необходимо еще больше стараться. Конкуренция! – вещал папа-инженер, украшенный рыжей бородой средних размеров. Он относился к числу тех мужичков, которые обзаводятся бородой сугубо для поднятия собственной значимости в своих же глазах.

Мамочка по-своему размышляла, о вполне разумном, нет смысла говорить о чем, каждый увидит своё.

Дебаты продолжались всякий день, вечер или даже утро, если это утро выходного дня. А трудолюбивый старшеклассник часами торчал в ноуте, безостановочно строча полотна кодов и восклицая при очередном успехе:

– Пап, смотри, я такую прогу заделал! Теперь, как только ты вышел из дома и забыл выключить…
– Молодец! Супер! А уроки?
– Да ну их!
– ЕГЭ скоро, надо постараться, это важно!
– И какой только… это «еге» придумал?

Сын делал успехи и верил, что будущее у него в кармане, ведь программисты сегодня в цене, информационные технологии набирают обороты. Остается только выбрать, где учиться, а потом работать: на родине или на «неродине» – здесь дом, там все остальное.

Сын, он же внук, обожал дедушку и бабушку, которые нечасто радовали визитами, хотя и жили через дорогу с КиЭфСи.
– Дед, дед, смотри!

И внук принялся показывать все прибамбасы, которые он накодил за последний месяц.

– Я буду крутым программером, дед! Стану много зарабатывать, куплю дом в Европе! Хочу работать в Купертино, или…
– Так Европа или Штаты, внучок? География на кол?
– Честно сказать – тройка.
– Ужасно!
– Почему?
– Тройка – это шестьдесят процентов знания. Два, кстати, сорок. Сплошная несправедливость, – шутил дедушка.

Бабушка радовалась успехам любимца, который весьма отличался от своих сверстников, круглосуточных листальщиков страниц «вэка», «инсты» и прочих лент. Все гордые за сына-внука. Но…

Но только дедушка, пригладив седину и уютно пристроившись в кресле, как-то грустновато посматривал.
– Пап, ты чего, нормально себя чувствуешь? – спросила мама юного программиста.
– Да, дочь, все хорошо.
– Давление не скачет? – поинтересовался зять.
– А как же без него, еще не вечер, – иронизировал дедушка, продолжая о чем-то не слишком веселом размышлять.

Вскоре до него докопался и внучок:
– Дед, дед, ну что ты?
– О тебе думаю.
– Обо мне? У меня все отлично!
– Не уверен.
– Ты про армию? Я поступлю, осталось только решить, куда лучше.
– Это мелочи, решить не так уж и сложно, – прищурился дедушка, отпивая из бокала приготовленный дочерью морс. – Батальоны уже давно маршируют мимо, но генералы до сих пор об этом не догадываются.

– Боже, папа! Ты же старый коммунист, советский воин и такое заявляешь?
– Да, дочь, и не отказываюсь от своих идеалов. Но на сегодняшний день «Рота, подъем!» – уже пустое и даже вредное. Да и для того, чтобы быть мужчиной, сапог-фуражка ни к чему.
– Понятно, папуль, ты опять затосковал о прошлом.
– Отнюдь, о будущем. Твоего сына.

Все во внимании – интересный поворот от деда. Мама оставила стряпню, бабушка отложила в сторону книжку, зять приспустил очки, погладил рыжее обрамление правильного лица с налетом малоинтереса.

– Пап, поясни, пожалуйста, я тебя не понимаю, – беспокоилась дочь.
– Да, вы бы как-то прояснили, – просил и зять.
– Ты чего, дед, что тут не так? – как всегда, мила оставалась бабушка.

– Программист, говорите? Перспектива?
– Да, а разве нет? Пап, ну…
– На сегодня да. И немного на завтра. А как скоро наступит послезавтра? Через час, через миг? Глазом моргнуть не успеете. А он жить только начинает.

Все в смущении: неужели?.. Старость – она такая, может и отлично образованного человека до странных завихрений довести. А дедушка вел свой монолог, не замечая недоуменных взглядов.

– Вспомни, дочь, как стране нужны были инженеры, те еще инженеры. И все шли туда. Куда ни глянь, если не слесарь или дворник, значит, инженер. Ты, зятек, кстати, не забыл свое первое высшее? Сколько сил потратил? Заметь, самых ценных, молодых, амбициозных. Мечтал ракеты строить или станки конструировать.
– Ну так… – пожимал плечами зять, тонким указательным пальцем возводя очки на место.

– А помнишь ли ты, мой дорогой дружочек, – частенько дедушка по-особому тепло обращался к бабушке, – помнишь, когда я стал главным инженером Государственного проектно-конструкторского института автоматизированных систем управления? Вы сейчас такое и не выговорите, молодежь.
– Еще бы! В ресторане отмечали до утра. Народу было!..
– И ты самая неотразимая! Все тебя обожали, от механика до директора института.

Бабушке приятно, дедушка продолжал:
– Дочь, ты тогда еще жаловалась: вот родилась бы мальчиком, обязательно бы стала паять, лудить платы, вытравливать их кислотой, впаивать ряды транзисторов и микросхем. Названия даже выучила: К155-Ла3, Ла8, эмиттер, коллектор, база. Все выпрашивала у меня тестер с зеркальной шкалой и осциллограф, хотя бы однолучевой. Но ты родилась девочкой и пошла другой дорогой.
– Но к чему ты все это, папа? Или в профессии ошибся и теперь жалеешь?
– Ни в коем случае! Ни в профессии, ни во времени не ошибся. Угадал, конечно, что мудреца-то из себя строить. Но вскоре отправился я на пенсию, а весь наш вычислительный центр, огромные операционные залы с машинами ЕС, СМ куда? Правильно, на свалку времени. И молодые операционисты тоже.
– Папа, но ведь это и есть прогресс, ты сам всегда так говорил, разве нет?
– Часто прогресс, дочь, уже не прогресс, а регресс, но он виду пока не подает, а сам уже на пороге. А почему так?
– И почему? – зять, у которого снова съехали очки на заостренный нос.
– Потому что реальность всегда выпихнет иллюзии, порой жестоко вытолкнет даже вполне себе добрые иллюзии. Вкусный морс, дочка, налей еще.
– Сейчас, папочка, только продолжай, пожалуйста.
– Ты умна. Ты тоже ничего, зятек, молодцом с ней держишься, а это нелегко, я сам ее воспитывал.
– На, пап, пей.
– Спасибо. Что вы все на меня смотрите, будто я из ума выжил? Я из него и выжил, годов-то мне сколько, не забыли?

Не выдержал внук.

– Дед, ну при чем тут программирование? Это же круто, это будущее! Стив Возняк, Джобс, Марк Цукерберг…
– Они не программисты, мой дорогой. Далеко не в первую очередь программисты, коих, кстати, уже миллионы на планете, сотни миллионов. И они, ты уж не обижайся, – это даже не сегодня, уже вчера. А что и кто будет завтра?
– Без программирования, дед, никуда, отвечаю!
– Да, возможно, как и без инженерии. Но кто, как ты выражаешься, кодить станет? Люди? Нет, почти нет. Машины, сами программы.
– Прямо мутация какая-то.
– Примерно так, дочь. Но это глобально. А если в частности, тогда думайте. Внучок, думай хорошенько, чтобы впросак не влететь. Скажи мне, сейчас очень нужны программисты в мире?
– Еще бы!
– А это секрет?
– В смысле?
– Для мира это секрет, что профессия очень востребована и хорошо оплачивается?
– Конечно, нет, какой же здесь секрет, дед?
– А скажите мне, мои дорогие, с какой скоростью развивается мир? И в арифметической ли прогрессии это развитие ускоряется?
– Однозначно в геометрической, пап, – отвечала ему дочь.

И дедушка сделал свое не слишком утешительное заключение:
– Ну раз скорость развития так велика, программисты в особой цене и весь мир об этом знает… Теперь наложите на данную картину неумолимые законы экономики и вашего проклятого капитализма – что дальше? Подумайте о количестве рабочих мест и о том, сколько готовых специалистов уже взросло. А сколько их будет завтра? На Китай не желаете взглянуть и на численность их населения? Корея Южная туда же. Да и за океаном лидерства сдавать не собираются, если рассуждать не с позиции дырявой пропаганды, разумеется. Наши ребятишки тоже изо всех сил стараются. Вот, можете взглянуть, очередной гений, скоро свалит за кордон. Так что надежда может не последней, а первой кони двинуть.
– И что?.. – внучок.
– Вот тебе и «и что?», мой дорогой! Полагаю, уже завтра твоих кодеров ситуация наклепает даже не миллионы, а как бы на миллиард счет не вышел. Отличных специалистов! И гениев, как когда-то Блез со своей «Паскалиной» или Лебедев Сергей Алексеевич совсем недавно. И гениев счет пойдет не на десятки, гораздо больше. Прогресс в образовании тоже велик. Я не про школы и университеты сейчас – там, боюсь, начался регресс.

– В чем-то я с вами согласен… – начал зять.
– Можно и не соглашаться, мой дорогой, но только сначала взгляни на свой телефон.
– А что с ним не так? Последняя модель, топовая.
– Угу. А теперь на мой старенький кнопочный. Внучок!
– Да, дедуль?
– Вот скажи, сколько времени между этими аппаратами?.. Правильно, почти ноль, мгновение. Что же будет еще через мгновение, через два, пять? Явно твои коды станут уже не нужны, а те, что нужны, воспроизведут уже не люди.
– А кто?
– Откуда я знаю? Я старый человек, внучок. Я могу только предположить. Пред-по-ло-жить…
– Чего, пап? – дочь.
– Примерно следующую картину.
– Какую, дед? – внук.
– Вот приходишь ты домой, уже совсем взрослый, и жалуешься своей жене, что опять не смог найти работу, потому что на место программиста, который сегодня на вес золота, уже завтра может выстроиться очередь со всего света и до самых до окраин. Столько рабочих мест не будет, сколько вас иллюзорные надежды наклепают. А послезавтра ты станешь радоваться, что наконец-то нашел работу и с трех зарплат сможешь погасить задолженность по кредиту. А тут уже и иная сказка развернется.
– Какая, дедуль?
– Реальность. Экономическая. Нужда войдет, любовь задымится, поселится надолго – угорит. Скоро многие профессии полетят в тартарары, очень многие. Жаль мне тех специалистов по домашним швейным машинкам и прялкам, которые сегодня об этом не догадываются. Ох, что-то я зафилософствовался. Пойдем мы, наверное, домой. Дремлешь, дружочек?
– Но куда вы, пап, мам? Я только ужин приготовила!

Дети настояли, чтобы родители задержались, и за столом бурные обсуждения продолжились. А дедушка все больше молчал, в конце трапезы бросил фразу:
– Странно, почему я, старый, это прогнозирую, а вы, молодые, в упор ничего не видите? Где же ваши дипломы? Или со мной что-то уже не так, а, дочь?
Та со всей любовью отцу отвечала:
– А ты у меня всегда был особенный, папочка.

– Дед?
– У?..

Пока бабушка собиралась, дедушка стоял на лоджии, смотрел на небо.
– Ну чего тебе?
– А как же быть? Я так люблю кодить.
– Продолжай, тебе ничто не мешает. Я тоже когда-то очень любил паять, разбирать сложнейшие схемы. О, как разложим, бывало, на весь стол, вот такую, склонимся с коллегами и ломаем головы, в каком месте схема сбоит. Ищем, ищем, порой до полуночи. Бабушка, бедненькая, что только ни надумает, пока мы брешь не обнаружим. Это тебе не простенький телевизор с электронно-лучевой трубкой на радиолампах.
– Чего? С какой трубкой?
– Вот такой! Думай, внучок, ты парень не глупый, потому не должен наивно верить, что вот сейчас, сейчас я это освою, и жизнь моя станет прекрасной. Не станет. Ответишь почему?
– Кажется, да.
– Говори.
– Потому что вместе со мной это освоит и вся остальная молодежь. По всему миру.
И дедушка довольный воскликнул, положив обе руки внуку на плечи, глядя на него по-доброму сверху:
– В десятку, сорванец!

– Дед, но я все равно не хочу бросать программирование!
– И не нужно! Никогда не оставляй хорошее, пока не сыщешь лучшее! Знаешь, как ракеты строят… строили, туда-то иху?
– Примерно.
– Каждая ступень важна. Но они потом отделяются, а сама ракета уходит в космос. Я не заставляю тебя бросать то, что у тебя отлично выходит. Я призываю не быть наивным – и у тебя все получится. Ну, идем?
– Куда, дедуль?
– Мы с бабушкой домой, ночь уже. А ты в кровать.
– Не хочу спать.
– И не сможешь, думы не дадут. Вперед!
– Ой, не в эту дверь, дед, в ту.
– Вперед, и всегда только так! А дверь найдется.

 

Конец
——-

(Написано в апреле 2020г.)

© Алексей Павлов
«Завтра уже прошлое»
ISBN 978-5-9907646-2-9